15:15 

Пепел

walking_on_a_roof
PROVEHITO IN ALTUM
В его жизни была радость, она наступала тогда, когда он видел этого зеленоглазого бога, дающего ему волшебный порошок. И тогда его безликое, однообразное существование приобретало разноцветные краски, заполнялось счастьем от полученного кайфа. И неважно, что это длилось совсем недолго, и за наслаждением наступали мучения и боль. Те минуты отрешенности, отсутствия в этом гребаном мире, стоят нескольких часов ломки. Ломки без дозы и без него. Это стало какой-то двойной зависимостью: так же, как он не мог существовать без дозы, он не умел жить без Дженсена. Любил ли он его? Да, если любовью можно назвать полное подчинение и слепое повиновение своему дилеру. И ему плевать, что таких, как он, у Дженсена с десяток, плевать. Он делает Джареда счастливым, и пусть это только под кайфом, под густой белой пеленой кокаина. Если ему предназначено сдохнуть в этом подвале от передоза, то он вовсе не против. Только бы ему дали в последний раз утонуть в ядовито-зеленых глазах и почувствовать вкус невозможно любимых губ. В этом и есть его счастье: каждый раз при встрече с Дженсеном сгорать почти дотла и снова возрождаться, болезненно и мучительно, только для того, чтобы вновь приползти к нему. Когда-нибудь это закончится, но, до тех пор, пока Джаред дышит, он будет продолжать эту пытку, адски горькую и невыносимо приятную. Потому, что в этом и заключается его радость, смысл бренного существования в его черно-белом мире. И он будет тонуть, сгорать, падать потому, что это его жизнь, его война, в которой не будет победивших. Важно не то, что будет. Важно то, что здесь и сейчас.

***



Сегодня снова пасмурно и моросит дождь. Джаред, сгорбившись и держа руки в карманах, идет туда, где ему точно помогут сейчас. Парень посильнее натягивает капюшон потому, что внезапно появившиеся несколько слабых лучей солнца невыносимо режут глаза. Каждое движение дается ему с трудом, в голове лишь шум, заглушающий адскую боль во всем теле, и несколько мыслей. Доза. Дженсен. Станет легче. Кости ломит, суставы выкручивает, хочется кричать, выть, что угодно, лишь бы это быстрее прошло. Каждый вдох Джареду дается очень тяжело, словно грудную клетку кто-то сжимает в огромные стальные тиски. Еще чуть-чуть. Еще немного, и все пройдет. Дженсен. Сука, до чего же десна болят! Джаред кусает губы, чтобы хоть немного унять ноющую боль, переключить ее. Он нащупывает пальцами в кармане несколько купюр и достает их. Трясущимися руками пересчитывает и понимает, что этого мало, очень мало. Ничего, Дженсен все равно поможет, даст в долг или даже просто так. Он любит меня, я знаю. Пусть он и никогда не говорил этого, я все равно знаю. Дженсен.

Громкий сигнал автомобиля и визг тормозов заставляют Джареда поднять голову.

- Смотри, куда прешь, обдолбыш херов!

Даже если бы он и хотел что-то ответить человеку за рулем, у него просто не было на это сил. Да и стоит ли? Джаред снова опустил голову и продолжил шагать по лужам. Ему просто нужно быстрее дойти, быстрее увидеть Дженсена, быстрее получить свое лекарство.

Старое полуразрушенное здание на пустыре. Джаред спускается по лестнице, ведущей в подвал, в логово Дженсена. Он как ковчег для жаждущих получить каплю облегчения, свой билет в нирвану. И никого из приходящих сюда не волнует то, что билет этот может оказаться в один конец. Джаред толкает дверь, и та легко поддается. Он проходит внутрь помещения и стягивает капюшон. Здесь царит полумрак, так, что свет уже не режет воспаленные глаза. Дженсен… Джаред так и стоит возле двери, неловко переминаясь с ноги на ногу и не смея поднять взгляд на него.

- Пошли вон.

Этот голос Джаред не спутает ни с чем, он узнает его даже во сне. Низкий, немного хрипловатый и такой любимый.

- Но, Дженс…

- На хуй, я два раза не повторяю.

Спокойный металлический тон, и две девушки проходят мимо Джареда, бросив на него яростные взгляды. Когда за ними закрывается дверь, в комнате становится тихо. Его начинает бить озноб, и звенящая тишина подвала отзывается гулом в ушах.

- Проходи.

Джаред, как по команде, двигается с места и подходит к сидящему на полу Дженсену. Он поднимает на него глаза, и дрожь во всем теле усиливается.

- Хуево выглядишь, Джей. Садись.

Джаред садится на пол напротив Эклза и обхватывает колени руками, иначе трясущиеся руки не унять.

- Дженсен… Мне нужно…

- Я знаю.

Джаред поднимает взгляд на Дженсена, который сейчас так близко. Он скучал по нему эти дни, очень скучал. Сейчас Дженсен слегка улыбается, и Падалеки знает, почему. Да, он сейчас жалок, отвратителен, мерзок. Но, ведь это именно Дженсен сделал его таким, это он дал ему первую дозу тогда, в клубе, просто попробовать. А потом понеслось, закрутилось. И секс под кайфом казался гораздо острее, чувственнее. А сейчас Дженсен смеется над ним, и Джаред понимает, что заслуживает этого. Он всматривается в лицо Эклза и старается сфокусироваться на нем. Красиво очерченные четкие скулы, аккуратный правильный нос, невероятно пухлые и манящие губы. При первой встрече Джаред подумал, что не может парень быть настолько красивым. И глаза… Эти два омута, нереального цвета абсента, в которые страшно смотреть потому, что оторваться уже не сможешь. Они зовут, предлагают что-то запретное, неправильное. И Джаред соглашается каждый раз, словно в последний, словно завтра не наступит никогда…

- Сколько?

Падалеки плохо слышит, кровь шумит в ушах, словно в голове несется какой-то бесконечно длинный поезд. Он видит лишь шевеление губ и понимает суть вопроса.

- Как обычно, - хрипит он, и каждый произносимый звук раздирает пересохшее горло.

- Деньги?

Джаред лезет рукой в карман, достает смятые купюры и бросает их Дженсену. Эклз опускает глаза, и Падалеки засматривается на его ресницы – длинные и пушистые. Нет, такого просто не бывает, он слишком идеален.

- Этого мало, Джаред.

- У меня больше нет.

Эклз собирает деньги и убирает их в сторону. Затем он встает и идет к сейфу, стоящему в углу комнаты. Несколько нажатий на кнопки, раздается щелчок, и Дженсен уже возвращается с маленьким пакетиком в руках. Джаред только сейчас заметил, что на Дженсене расстегнута рубашка, и, не смотря на адскую ломку, залюбовался на идеальный рельефный торс. Эклз подходит ближе, присаживается на корточки и бросает пакетик к ногам Джареда. Падалеки рефлекторно опускает голову и облегченно вздыхает. Пальцы не слушаются, он пытается открыть упаковку, но руки трясутся еще сильнее. Он знал, что Дженс не откажет, он знал это…

- Помочь? Тебя так охуенно трясет, что ты весь кокс рассыплешь.

Джаред судорожно кивает, и Дженсен забирает у него из рук кокаин, проводя пальцами по его ладони. Падалеки прикрывает глаза и пытается успокоить бешено бьющееся сердце. Не выходит. Дженсен отходит к небольшому журнальному столику и, словно белым мелом, рисует четыре дорожки, две для Джареда и две для себя. Затем он кивком подзывает Падалеки к себе, и тот подходит. Дженсен стягивает с себя рубашку и становится на колени возле стола, Джаред повторяет его движения с противоположной стороны. Эклз скручивает из купюр две тоненьких трубочки, через стол бросает одну Джареду и наклоняется над кокаином. Первая дорожка, затем вторая… Они движутся навстречу друг другу, втягивая порошок. Когда их дорожки соединяются, они поднимают глаза друг на друга. Джаред чувствует, как облегчение расходится по всему телу и то же самое он видит в глазах Дженсена, которые сейчас в нескольких сантиметрах от него. Дженсен…

Джаред отползает к стене и, опершись об нее спиной, наконец, может вытянуть ноги, которые уже не болят. Руки больше не дрожат, дышать невероятно легко, а если прикрыть глаза, то можно увидеть радугу. Но Джаред не закрывает глаза, он хочет смотреть на Дженсена, он хочет насмотреться на него вдоволь, впечатать в память каждый его миллиметр. Дженсен усаживается рядом и откидывает голову назад, блаженно улыбаясь. Джаред поворачивается и смотрит на его профиль, такой идеальный, такой совершенный. Дженсен поднимает веки и, не смотря на Джареда, спрашивает.

- Лучше?

- Гораздо, - также улыбаясь, отвечает Джаред.

Дженсен, опираясь на одну руку, поворачивается к Джареду, и тот ощущает, как попадает под гипноз этих глаз, он понимает, что никуда ему не деться от них. Этот взгляд обжигает сильнее, чем абсент, Джаред снова начинает гореть внутри. Он тянется к губам Дженсена, и тот не сопротивляется. Падалеки легко целует его, и тот отвечает ему более требовательно. Затем он отрывается от губ и молча смотрит на Эклза в ожидании команды, указывающей, что ему делать. Он все для него сделает. Все, что Дженсен захочет.

Эклз указывает взглядом вниз, намекая на то, что Джареду пора расплатиться с ним за дозу. И он, конечно, соглашается. Пальцы уже слушаются, и он без труда справляется с ремнем на джинсах Дженсена. Стянув их ниже, Джаред рукой обхватывает твердый член Дженсена и несколько раз проводит ладонью вверх-вниз. Затем он наклонятся и прикасается губами к головке. Поднимает глаза на Дженсена и, получив одобрительный кивок, начинает сосать – быстро и старательно. Он не хочет разочаровать его, и когда слышит, как Эклз начинает тяжело дышать, понимает, что делает все правильно. Дженсен обхватывает голову Джареда, и настойчивее толкается в его рот. Падалеки останавливается, затем продолжает начатое рукой, и перехватывает губами стон Дженсена, когда тот кончает в его кулак. Джаред и сам готов, он ждал этого так долго, несколько дней он жил мыслью о том, что скоро он снова увидит Дженсена и сделает для него все, что он захочет, все, что он прикажет. Эклз поднимается на колени и поворачивает Джареда спиной к себе, надавливая на спину между лопаток. Джаред опускается на локти и громко стонет, когда чувствует пальцы Дженсена внутри себя. Пара растягивающих движений внутри и Дженсен входит резко, полностью, больно… Джаред до крови прокусывает губу, чтобы не заорать от боли, но когда Дженсен начинает двигаться, эта боль тут же заменяется наслаждением. Цепкими пальцами он впивается в бедра Джареда, оставляя на них синяки, и вдалбливается в него все резче и резче. Бешеный ритм, стоны, кровь, пот, Дженсен…

Еще пара толчков, и Дженсен изливается внутри Джареда, попутно помогая и ему кончить. Они растягиваются на полу, мокрые, со следами спермы и кокса на телах. Джаред лежит на животе, и молча смотрит на Дженсена, который все так же рядом. У него прикрыты глаза, ресницы подрагивают, и слышно, как громко и часто бьется его сердце.

- Дженсен?

Эклз молча поворачивает голову и приоткрывает глаза.

- Что?

- Я что-то значу для тебя?

- Ты сам знаешь.

Джаред улыбается. Дженсен никогда четко не отвечает на такие вопросы, но Джаред знает ответ и сам.

- А что будет, когда я умру? У тебя будет другой?

- Я не хочу другого, Джаред…

Падалеки умиротворенно закрывает глаза. Это то, что он хотел услышать, эти слова снились эму каждую ночь на протяжении стольких лет.

- А что ты будешь делать? – уже в полудреме спрашивает Джаред.

- Я смешаю твой прах с коксом, обдолбаюсь к чертям и сдохну. И потом мы снова встретимся.

Дженсен говорит спокойно, и его тон дарит спокойствие Джареду.

- Мы встретимся в раю?

- Таких, как мы, туда не берут, Джаред.

- Я знаю…

Джаред снова сгорает, превращается в горстку пепла, которую так легко развеять над морем. Он закрывает глаза и видит Дженсена. Они найдут друг друга везде: на земле или в аду. И не важно, кто где окажется, они смогут это сделать. Ведь в этом и есть счастье Джареда. Дженсен. Рядом. Навсегда.

@темы: @J2, @PWP, @fanfiction, @slash

URL
   

walking_on_a_roof

главная